Верхний баннер
01:42 | ВТОРНИК | 17 СЕНТЯБРЯ 2019

$ 63.83 € 70.67

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

214-47-70

22:00, 06 февраля 2014

Изнасилования в детском доме и переназначение Павла Микова. Пермский ипподром: спасен или уничтожен?

- Темы сегодня будут достаточно сложные. Первая – переназначение Павла Микова в должности Уполномоченного по правам ребенка в Пермском крае. Его кандидатура вновь внесена на Законодательное Собрание, причем с большими полномочиями, нежели они были у Павла ранее. Сейчас должность стала немножко серьезнее, она отделилась от Уполномоченного по правам человека в Пермском крае. Это отдельное ведомство.

 

- Это федеральная инициатива или только на уровне Пермского края? Я просто не в курсе.

 

- По-моему, федеральная. До этого он был заместителем Татьяны Марголиной, теперь отдельное ведомство, сейчас у него даже 5 человек появляются. В связи с этим у меня возникает некий диссонанс от того, что я вижу. Особенно это связано с последними уголовными делами по Пешнигортскому детскому дому, когда Павел Миков вначале занимал одну позицию, затем вторую… Сейчас мы попытаемся разобрать все это в подробностях, знал ли он о ситуации в детском доме? Наверное, не все знают, что там сейчас 7 уголовных дел в детском доме, готовится восьмое, один задержанный. Я думаю, сегодня и второго арестуют.

 

- Это ведь несовершеннолетние.

 

- Да, но достаточно взрослые, 16-17 лет. Там история развивалась вокруг групповых изнасилований. Все началось с поездки в Соль-Илецк в Челябинской области, это был первый случай. Как раз о нем, насколько я знаю, правозащитник из Коми округа Валентина Дубровских пыталась донести Павлу Микову. Мы сейчас Валентину послушаем, она расскажет хронологию этих событий и реакцию Уполномоченного по правам ребенка. Пока звукорежиссер Сергей Слободин набирает ее, я немножко поцитирую Павла Микова по сайту 59.ru. Он говорит: «13-летняя девочка поступила в этот детский дом из аморальной семьи, родители за бутылку водки сдавали ребенка соседям для сексуальных услуг». Фамилия не называется, но и я, и Павел Миков эту фамилию знает. То есть Павел Миков сообщает средствам массовой информации о страшном уголовном преступлении.

 

- О сексуальном рабстве.

 

- Возникает вопрос – а почему же он не сообщил об этом в правоохранительные органы? Но когда началось расследование, выяснилось, что всего того, что говорит Павел, не было! Нет такой девочки. А Павел далее подчеркивает в своих комментариях, что ребята, не раздувайте большого скандала, обращаясь к представителям СМИ, не надо, потому что разглашение личных данных. Вот интересно, а здесь он чем занимается? Не разглашением личных данных? Получается, если факт не подтвердился, еще и клеветой занимается.

 

- Клеветой ли? Может быть, он действительно был не в курсе событий?

 

- Давайте попробуем узнать у Валентины, был ли Павел Миков в курсе событий в Пешнигортском детском доме. Валентина, добрый день. Я знаю, что вы давно занимаетесь этой историей. Когда появилась первая информация о том, что было групповое изнасилование во время поездки детей в детское учреждение в Соль-Илецк, вы пытались об этом сообщить Уполномоченному по правам ребенка в Пермском крае Павлу Микову.

 

Валентина Дубровских: Да, так. Как там получилось у нас? Мы встретились с воспитателем детского дома. Я и раньше слышала, что там происходит что-то странное. А тут воспитательница заплакала и сказала: «Подскажите, как и что делать, директор заставляет заполнять документы на девочку, какие-то учетные карточки, а девочки я в глаза не видела, сопротивляюсь, но… Это вообще правильно, неправильно?» Я говорю: «Конечно, это неправильно. А где девочка?» Тут я и узнала – она сказала, что было изнасилование, девочка боится вернуться обратно в детский дом и находится там, в специализированном учебном заведении.

 

Я предложила обратиться воспитателям в правоохранительные органы. На это они сказали, что директор сказала, что сама разберется, и они не знают, как можно было об этом не сообщить, и скорее всего она сообщала, а правоохранительные органы ничего не делают. Я говорю: «Тогда давайте позвоним Павлу Владимировичу». Они говорят: «Он тоже сюда приезжает, он все равно все знает, мы не верим…» Говорю: «Как? Я с ним работаю давно, всегда помогали юристы очень во многих вопросах, делах, выигрывались суды благодаря этим юристам!» Поэтому я нисколько не сомневалась, что первая же помощь будет. Я при них позвонила, юрист перезвонила и сказала, что Павел Владимирович обязательно встретится, все телефоны взяли.

 

Я говорю: «Вот, видите, а вы говорили…» Это было в начале ноября. Прошло, наверное, дней 10. Мне снова перезвонила одна из воспитательниц и говорит: «А нам никто не позвонил». Я говорю: «Как так?» Я себя почему сейчас ругаю – потому что я сама не пошла в ту же прокуратуру, в следственный комитет. Знаете, у меня в голове не укладывалось, что все настолько серьезно и все это правда, я сама внутри сомневалась. Снова позвонила юристам, на что мне было сказано, что встречи не будет, потому что Павел Владимирович все знает, на самом деле там прошли проверки, девочки сами все выдумали, это было по обоюдному согласию, и было сказано все то, что я потом прочитала в публикации, когда Павел Владимирович дал интервью.

 

Когда это я сказала воспитателям, они ответили: «Вот видите, мы же вам говорили, мы не обманываем!» Одна заплакала: «Так мы не врем, Валентина Федоровна, мы тогда в интернете все это напишем!» А после этого пришлось, как говорится, обратиться опять же через СМИ в полицию Пермского края и следственный комитет. И огромное спасибо, что сразу началась работа, много чего выявилось. Я хочу только сказать, что сейчас понимаю – если бы не молчала директор, это преступление, что это она это скрывала и заставляла скрывать воспитателей… Если бы Павел Владимирович действительно тогда вмешался, не было бы тех изнасилований, которые были после Соль-Илецка, не пострадали бы дети.

 

После этого я еще звонила, узнавала, что две девочки были вывезены еще беременные, 15-летние. Одна из них была беременна после изнасилования на большом сроке, были вынуждены прервать беременность. Насколько я знаю со слов воспитателей, на них просто оказалось давление. Куда они с детьми, какова их дальнейшая жизнь? И конечно, эти ребята чувствовали свою безнаказанность. Что сейчас с ними будет в тюрьме? Самое-то главное, что там оказалась куча просто ужасных нарушений. У меня остались вопросы – почему Павел Владимирович заявил, что прошли проверки? Может быть, его кто-то обманул? Ведь не просто так какой-то Ваня взял и сказал ему, что проверки прошли, и все там нормально.

 

Понятно, что директору доверять нельзя было. Надо было как-то отнестись… Я не получила ответ, почему он так сказал. Многие люди, когда прочитали комментарии Павла Владимировича, был просто вал возмущений, что как так, это же Уполномоченный! Я жалею, что сама не обратилась в правоохранительные органы, не позвонила сама Татьяне Ивановне Марголиной.

 

- У нас на связи была Валентина Дубровских, правозащитник из Коми округа. Она рассказала, как развивались события. Получается, что Уполномоченный по правам ребенка в принципе обо всем знал даже раньше, чем об этом знали правоохранительные органы.

 

- Или думал, что знал.

 

- Да. Но однако цитируем Микова: «Проведена только доследственная проверка, в ходе которой отказано в возбуждении уголовного дела. Обе девочки вступили в половые отношения со сверстниками с обоюдного согласия. И не более!» Дальше еще интереснее: «Согласно Конвенции Совета Европы по защите детей от сексуальной эксплуатации, если несовершеннолетние вступили в интим с обоюдного согласия, это деяние декриминализуется». По-моему, в правозащитную деятельность господин Миков заигрался. Это моя личная точка зрения. Я знаю, что Родительское всероссийское сопротивление 12-13 февраля организует пикет у Органного зала в 10 часов. Как раз эта организация намерена требовать уголовного преследования Уполномоченного по правам ребенка.

 

- На каких основаниях?

 

- То же самое, что и по Подвинцевой, директору Пешнигортского детского дома. Она знала о совершенном преступлении, но не сообщила в правоохранительные органы – это уголовное преступление. Если следовать комментариям господина Микова, он знал о совершенном уголовном преступлении, даже если полагал, что это правда: «13-летняя девочка поступила в этот детский дом из аморальной семьи, родители за бутылку водки сдавали ребенка соседям для сексуальных услуг». Он представляет, что это реально существующая ситуация, и не сообщает об этом в правоохранительные органы – просто родителей лишили за это родительских прав. Как ты себе это представляешь?

 

- Это можно себе представить с трудом. После этого начинают волосы на голове шевелиться, не дай Бог.

 

- Я считаю, в данном случае произошла некая ошибка со стороны губернатора по выдвижению Павла Микова в качестве Уполномоченного по правам ребенка. Думаю, надо внимательно посмотреть депутатам Законодательного Собрания на эту кандидатуру. Дети – это вещь серьезная.

 

- Это даже не вещь.

 

- Я понимаю, что оговорился. Это очень серьезные вещи – кто будет защищать права детей в Пермском крае. Человек с такой репутацией и после такого скандала возглавлять такую организацию, на мой взгляд, не может.

 

- Я сейчас правильно понимаю, на истории Пешнигортского детского дома ты продемонстрировал «потенциал» нынешнего кандидата на пост Уполномоченного по правам ребенка?

 

- Там не потенциал, там отсутствие любого потенциала. Я не понимаю, что связывало и связывало ли что-то Павла Микова с директором детского дома, в котором, еще раз говорю, 7 уголовных дел возбуждено. 7 уголовных дел в одном детском доме! Готовится восьмое.

 

- И все они связаны с изнасилованиями?

 

- Одно связано с тем, что директор скрыла информацию о преступлении, и 7 дел по изнасилованиям. Двое подозреваемых задержано. Три девочки пострадали в этой ситуации. Эта история продолжалась и продолжалась бесконечно, там было избиение, если верить компании «Ветта», которые съездили и сняли специальный репортаж именно там – избиение охранника! До какой степени была неуправляемой ситуация в детском доме, если взрослого человека дети избили, а об этом опять-таки не было сообщено в полицию! Еще раз небольшая цитата из комментария Павла Микова 59.ru: «Воспитанники детдома живут в замкнутом пространстве. И мы не думаем о том, что кто-то после этого может решиться на суицид». Вот мне интересно, если он говорит это, где логика у Павла Микова? До этого он говорит: «13-летняя девочка поступила в этот детский дом из аморальной семьи, родители за бутылку водки сдавали ребенка соседям для сексуальных услуг». Еще раз повторяю, он не называет фамилию, я тоже, но мы отлично понимаем, о ком говорит Павел Миков! Где логика в его высказываниях? С одной стороны говорит – вы вмешиваетесь в личную жизнь ребенка, мало ли, будет самоубийство, вы об этом не думаете. А с другой стороны – выносит в эфир откровенную…

 

- Он же не называет фамилию, с другой стороны. И мне кажется, все равно вещи разные.

 

- Он же говорит – вы не думаете о том, что там закрытое пространство. А он думает о том, что это закрытое пространство, если он выносит в эфир вещи, которые не проверял и которые, как оказалось, не соответствуют действительности? Это первое. Второе – действительно, я уже говорил в эфире и еще раз повторю, там было самоубийство в этом детском доме, когда взрослые мальчики изнасиловали маленького. Это было в 2009 или 2010 году. Самое интересное – какие события разворачивались вокруг самоубийства. Тот человек, который сейчас исполняет обязанности директора, как раз в тот момент устроила совещание. Всех воспитателей она собрала, и воспитателей в детском доме не было, они совещались. И в этот момент ребенок повесился. Если бы ситуация вокруг Пешнигортского детского дома развивалась за полчаса – но она не за полчаса происходила. Эта история продолжалась там просто годами, и не знать об этой истории Уполномоченный по правам ребенка просто не мог. И после всего, что он назаявлял, я думаю, если депутаты Законодательного Собрания все-таки люди думающие, слушающие и читающие – они как минимум не должны его утвердить. Я не испытываю личной неприязни к Павлу Микову, но как-то странно будет это.

 

- Это твое обращение к губернатору с предложением об отзыве его кандидатуры?

 

- По крайней мере, «на подумать». Павел должен объясниться, это как минимум, выйти и объясниться. Дальше он принял участие в некой комиссии, которая ездила, разбиралась, и потом он признал, что действительно были эти события… Он должен объясниться, как так – вначале говорить одно, потом другое, как будто два разных человека были. Раздвоение личности? Это уже не ко мне, это к врачу. А пока еще раз напомню, что 12-13 февраля пройдет пикет у Органного зала в 10 часов. Организаторы пикета – Родительское всероссийское сопротивление. Как раз на нем организаторы будут требовать привлечь Павла Микова к уголовной ответственности или, по крайней мере, вынести вопрос…

 

- Нет, почему на пикете? Почему не написать заявление в прокуратуру? Или эти шаги уже предприняты?

 

- Ты же понимаешь, что должно быть проведено расследование. Знал Павел Миков об этих уголовных преступлениях или не знал? Пока складывается ощущение, что знал. Если есть аналогичная ситуация с директором Пешнигортского детского дома, и там возбуждено уголовное дело, то возникает параллель. Единственное, что Павел Миков избирается полным составом Законодательного Собрания, и Заббарова должна выйти на заседание с вопросом, можно ли ей возбудиться. По крайней мере, поставить этот вопрос перед депутатами.

 

Теперь докладываю о развитии событий вокруг деревни Усть-Тары. Напоминаю тем, кто не совсем в курсе. Несколько лет назад в деревне Усть-Тары на центральной улице Родниковая появился такой нехилый трехметровый заборчик и надпись «Частная территория, не входить, буду стрелять». За заборчиком оказался родник, единственный в деревне, часть береговой линии Камы, водные знаки, охранная зона нефтепровода, сама улица. Там же отрезанными от мира оказались три деревни – Кулики, Коляды и Трухеня. Жители этих деревень ходили по этой дороге, чтобы попасть на большую землю, а тут, поскольку появился забор, у них выход был только один – ходить по берегу Камы, когда она немножко отходит, или по льду. Одна женщина провалилась под этот лед – вот результат появления частной собственности.

 

Долго бились жители деревни Усть-Тары, потом, слава Богу, подключилась администрация Пермского района, чтобы вернуть эту землю. Земли оказались у семейства Беляновых в результате того, что эта часть поселения была выделена как колхозный пай. Почему пай оказался нарисован именно здесь? Некая кадастровая ошибка. Было несколько судов, суд Пермского района, судья Степанова, как-то я рассказывал, на 2 часа уходила, чтобы написать решение суда. В 9 вечера было оглашено решение суда, представляешь? Судья Степанова сидела и думала, что ей написать. В результате в мотивировочной части судья Степанова признала – да, на частной территории оказался лес, родник, но вот защита выбрала ненадлежащий способ защиты, и поэтому я не могу вернуть эту землю из незаконного владения обратно в Пермский район. Но 5 февраля коллегия краевого суда вынесла решение изъять из чужого незаконного владения и вернуть Пермскому району эту землю. Накануне 30 января коллегия по уголовным делам краевого суда рассмотрела вопрос по кадастровому инженеру Алле Обориной, как раз бывший директор «Пермьгрупп», которая занималась межеванием там, и подтвердила, что 5 лет колонии-поселения и 800 тысяч ущерба она обязана выплатить. В данном случае жители победили. Конечно, есть варианты пока писать жалобы, но решение принято.

 

- Есть судебные инстанции выше, чем те, что удовлетворили требования жителей?

 

- Я не юрист, но факт остается фактом – коллегия Пермского краевого суда отменила решение районного суда, а могла вернуть на рассмотрение. Но не стала этого делать, а вынесла решение изъять землю из чужого незаконного владения. С чем я жителей Усть-Тары, Колюковки, деревни Коляды и Трухинята и поздравляю. Долгий был путь, в том числе три программы «Суть дела». «Суть дела» закрыта, а дела продолжаются в судах. И перейдем к другой земле. Очень интересное решение приняла Пермская городская дума об изменении зонирования территории ипподрома.

 

- Ох уж этот ипподром, знаешь! Это как в старом мультике – ох уж эти сказки, ох уж эти сказочники!

 

- Вроде бы все нормально, дума приняла решение, что там может быть только ипподром.

 

- Зона ЦС-И, смена зонирования с ЦС-3 на ЦС-И, мы сообщали об этом в новостях.

 

- То есть там могут быть только лошади и только бега. Все те, кто защищал ипподром, оказались счастливы. Вроде бы победил здравый смысл, правда, вперед, ребята! Но вот мне интересно, когда депутаты Пермской городской думы принимали решение, они помнили о том, что существует налог на землю? Фактически сейчас получается следующее. Владельцы ипподрома могут его использовать только как ипподром, соответственно, должны будут убрать все эти стоянки, дополнительный бизнес, который оплачивал налог на землю.

 

- При этом не стоит забывать, что сам ипподром не в равных долях принадлежит нескольким юридическим лицам!

 

- Да даже не будем в эту канитель уходить! Просто сейчас если владельцы платят по 12 тысяч рублей за то, что лошадь стоит на ипподром, то когда ежемесячный налог появится в 1 миллион 200 тысяч рублей, сколько они будут платить? Вот как раз здесь-то и пришел конец орловскому рысаку, если следовать необдуманному решению Пермской городской думы. Причем что самое интересное, главный борец за орловского рысака Сергей Левитан оттуда своих лошадей быстренько убрал, вывез их на станцию Ферма, на маточное хозяйство. Видимо, Сергей Левитан тоже понимает, что существует налог, и не объяснил депутатам Пермской городской думы, что они творят.

 

- Не только депутатам, Слава, в этой истории и губернатор с нашим премьер-министром говорили о том, что ипподром нужно сохранить на месте…

 

- Давай все-таки разделим. Губернатору губернаторское, депутатам депутатское. Это дело города! То, что там существует частное мнение господина Басаргина – это частное мнение господина Басаргина. Может быть, ему что-то не донесли, не знаю. Но на самом деле решение должны принимать депутаты Пермской городской думы. Предположим, что депутаты одумаются и ставку налога на землю сделают нулевую, как это существует во многих ипподромах, допустим, в Уфе. Но при этом практически все ипподромы на территории практически всей Российской Федерации убыточны, потому что у нас тотализатор не работает. Все ипподромы в мире живут с тотализатора. Но как он работает? Это не значит, что толпы людей приходят на ипподромы, в том числе на пермский. Это телетрансляции. Люди сидят в барах, выпивают пиво, ставят на лошадей, ставки расходятся. Но для этого надо иметь как минимум картинку, это я говорю как бывший телевизионщик. То, что мы имеем сегодня на ипподроме, не просто отсутствие картинки. Я не представляю, как ее можно там сделать. Еще раз говорю – все ипподромы на территории Российской Федерации убыточны. Тот же уфимский – по-моему, 60 миллионов рублей там доплачивается из бюджета на содержание ипподрома. Если депутаты принимают первое решение, как минимум они должны были принять еще два других. Это сделать ставку на землю нулевой…

 

- И заложить в бюджет поддержку финансовой структуры ипподрома.

 

- Ты абсолютно прав. Вот мне интересно, какой головой думали депутаты Пермской городской думы?

 

- Может, еще не дошли до этапа принятия решений.

 

- То есть мы вначале разорим всех коневладельцев, просто на начальной стадии – ставка-то на землю все равно будет начисляться. Никто не сможет отменить его задним числом. То есть не додумались в январе ребята, мы тут подумали-подумали и решили, что за январь ипподром не будет платить. Так-то не получится, получится как-то по-другому. Так вот получается, мы боремся или не боремся за орловского рысака? В чем логика этих решений? Мы практически всю программу говорим о логике решений и комментариях Павла Микова, логике решений депутатов Пермской городской думы. Логика отсутствует, а это говорит либо о непрофессионализме, либо о популизме. Засим прощаемся, встретимся в следующую пятницу в 12 по Москве.

Обсуждение
2729
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.