Верхний баннер
01:30 | ЧЕТВЕРГ | 27 ИЮНЯ 2019

$ 62.81 € 71.38

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

214-47-70


Программы / Время Ч

05.08.2012 | 17:00
2010-2011 годы. Кудымкарские депутаты-мятежники: выиграли или проиграли?

Роман Попов: У микрофона Роман Попов и Юрий Бобров, Юра привет.

Юрий Бобров: Привет.

Роман Попов: За звукорежиссёрским пультом работает для вас Мария Зуева.

Юрий Бобров: У нас ближайшая тема – кудымкарские мятежники. 2010-2011 года.

Роман Попов: Вы сейчас уже, наверняка, и не вспомните эту историю. Она как-то очень громко прозвучала на «Эхе» и очень быстро забылась. Но в двух словах всё выглядит следующим образом. Нашлись депутаты, которые отказались быть в общем тренде.

Юрий Бобров: Семь человек из числа депутатов кудымкарской городской думы в знак протеста против планируемой краевой администрацией реформы об отмене прямых выборов мэра города Кудымкара отказались приходить на заседание городской думы, чем сорвали кворум и поставили сам орган, сам парламент на грань его роспуска. Так требует закон, если нет кворума, если нет двух третей, значит, надо его распускать. Позднее началось на депутатов различного рода давление. Это был большой очень унисон с Пермью, потому что здесь у нас в этот момент происходили как раз события, связанные с попыткой вернуть выборы мэра. И Олег Борисович Подвинцев, в том числе, не был во всех этих историях сторонним наблюдателем. Что касается Кудымкара – да, конечно, был сторонним наблюдателем, аналитиком, но что касается Перми – коалиция «За прямые выборы» тогда уже существовала.

Роман Попов: Олег Борисович, прошло полтора года. По ощущению: кудымкарцы выиграли этот бой?

Олег Подвинцев: Нет, они его, конечно, проиграли, хотя бы потому, что большинство из них не является сейчас после выборов депутатами Городской думы. Собственно, все даже они, по-моему, не являются депутатами. Но, тем не менее, могу сказать, что эту историю сейчас мало кто вспомнит в Перми, но в Кудымкаре помнят.  Скажем так. Тактически они однозначно проиграли, сражение проиграли однозначно. Выиграли ли они стратегически – ну, будущее покажет. Другой вопрос, что, в общем, время доказало правду той позиции, которую они отстаивали.

Юрий Бобров: Ну, то есть не в ногу в данном случае шла вся шеренга, и только семеро шли, оказывается в ногу.

Олег Подвинцев: То, что они отстаивали правильное решение, так же, как и те, кто противостоял отмене прямых выборов в Перми, сейчас признают почти все. Очень хотелось бы, кстати, послушать тех, кто тогда 2 года назад, отстаивал как раз реформу, приводил какие-то аргументы.

Юрий Бобров: По большей части, они сейчас как-то стесняются вспоминать.

Олег Подвинцев: Да, да, а вообще вот хотелось бы, потому что надо как-то, чтобы люди более ответственно подходили к своим словам, знали, что сказанное не канет в лету, и при изменении  ситуации это могу вспомнить. Не для того, чтобы свести счёты, а просто чтобы... Надо отвечать за свои слова.

Роман Попов: Надевайте наушники, Леонид Рассада с нами на связи.

Леонид Рассада: Добрый день.

Роман Попов: Вы один из тех самых депутатов-мятежников. Условно, вас так обозначили – кудымкарские мятежники. Олег Подвинцев только что сказал, что тактически вы проиграли. То есть никто из вас депутатов на следующий срок не стал. То есть вы для себя оказались в лёгком ущербе. Но в целом вы выиграли. То есть вы выиграли стратегически, вы набрали себе хорошие политические баллы, как вы сами оцениваете ваш поступок полуторагодовой давности?

Леонид Рассада: С точки зрения тактики – возможно. Но это политика. Я отношусь к прошедшему больше как с к событию. Потому что здесь дело принципа. В конце концов, людям, да и мне, собственно, надоели политики. Нам нужны люди у власти, которые будут реально отражать какие-то принципы. То есть это, может быть... Не знаю, высокие это слова или не высокие слова, но нужно, чтоб люди жили, а не играли в свои политические игры, вот поэтому я нисколько не жалею, вот сейчас прошло уже полтора года... Конечно, хочется, когда тебя признают, когда осознают, но на самом деле больше для меня цену имеют честные поступки, их, на самом деле, мало. Я думаю, что мы выиграли в любом случае. Мы выиграли не потому, что в будущем очки какие-то наработали. Мы выиграли просто потому, что другие – это пример. И не секрет, что в России не один такой случай, на этом не закончилось. И самое главное – просто есть события, которые должны совершаться. Может, это жертвы, может, ещё как-то назвать... Но, тем не менее, это было честно.

Роман Попов: Смотрите. Вас было семь депутатов. На каждого из вас оказывалось давление. Специально для этого из Перми выезжали «профессионалы».

Юрий Бобров: Профессиональные «давители».

Роман Попов: Им было не тяжело преодолеть несколько сот километров, приехать в Кудымкар для того, чтобы общаться с каждым из вас лично. Я не знаю конкретно, что они вам говорили, но сейчас уже прошло время, и вроде как все признали, что вы были правы на самом деле, уже даже в Перми пошло вот это «It's a final countdown». Вы теперь часть истории. Скажите, а как с вами общались, на что упирали, как давили?

Леонид Рассада: Честно говоря, они, может, и профессионалы по своему, но мы всё-таки не в Перми живём, а в Кудымкаре. Это небольшой населённый пункт, и нас трудно отнести действительно... Даже назвать профессиональными политиками нас тяжеловато. Но там что было: лицо Пермского края, на носу переназначение губернатора... Ну, много всяких аргументов, на самом-то деле на меня давить очень трудно. В отношениях со мной они, как-то, видимо, шибко и не давили. Они подобрали тех людей, которые зависят. Давят на тех, кому есть, что терять. Мне-то что терять? Не то, чтобы ни флага, ни родины. Но я не на госслужбе, не завишу. Давлению подверглись те, кто мог чего-то лишиться, по должности, да? Поэтому из этих семи вот эти два человека, которые были зависимы. Директор автовокзала там. Потеря работы и так далее... 

Но мы, когда принимали решение, принимали его коллективно. Понятно, ожидали реакцию жёсткую, чего скрывать. И для меня вообще важно, что пермякам оказались мы не по зубам. Они смогли тактически решить задачу, два человека вошли... Они просто сохранили себе лицо в лучшем случае. А так факт показал, что они непрофессиональны. Если их действия были подготовлены и осознанны... Они же хотели развалить всех. Прошло около двух лет, да, мы, может, новые выборы не выиграли, но вот именно потому, что я не прошёл новые выборы, именно потому, что я сейчас вне политики – мне это гораздо более ценно, и вопрос давления сейчас несколько смешон. Понятно, что власть решает  свои проблемы. Ей не нужно, чтобы кто-то выпадал, иноходцы никому неинтересны, потому что их не понять. Но тем ценнее, наверно...

Юрий Бобров: А сейчас вернуться к тем временам, когда двое из семи вернулись, кворум создали, и там, по условиям договорённости с краевой администрацией, оставили-таки выборы мэра... Затем. Новые выборы. Оппозиционеры, вы, в том числе, заручились поддержкой КПРФ. Ну, я так думаю, что это делали, скорей, по техническим соображениям, может быть, чтобы регистрация прошла успешно. Но вас не поддержал народ. Вот здесь, когда мы в Перми говорим о выборах мэра, мы опираемся на социологические исследования. Там зашкаливающее большинство пермяков желает сохранения выборов мэра. Вы максимально жёстко артикулировали вашу позицию, пошли на определённые жертвы, подверглись определённым притеснениям, но вас не поддержал народ. Чем можно объяснить этот факт?

Леонид Рассада: Ну вот, да, это для меня тоже очень важно. Потому что на самом-то деле это просто показатель. Как выясняется, большая часть относится к этому как к телевизионному ящику. Люди дистанцированы от политики в принципе. Им интересно наблюдать за скандалами. Скандал как событие, позорящее обоих участников. Им интересны такие неожиданные вещи, потому что мы привыкли к тому, что власть настолько коррумпирована, пронизана внутренними интригами и договорённостями, и политики – это люди, которые идут по головам людей. Им в принципе по барабану, лишь бы эпатировать как-то, ещё каким-то способом достигать своих задач. Плюс, это самое главное, что в условиях маленького городка, даже здесь, внутри – да, какая-то часть нас поддерживала, но она не была тотальной. Я считаю, что мы не получили общественной позиции. Мы не получили оценки как власти, так и общественности. Сегодня такой период своеобразный в России, что у нас лидеров общественного мнения мало, они попрятались, как я всегда шучу, в ведущие, шоу записывать. Сегодня в этом минус большой. Само общественное мнение не сформулировало, хорошо или плохо мы поступил. Именно здесь. Потому что власти – они же хорошо манипулируют. Вот, они предали своих избирателей. Надо решать текущие вопросы, бюджет надо принимать... Это всё легко очень манипулируется.

Юрий Бобров: То есть вы были представлены для кудымкарцев, для ваших избирателей, как деструктивный элемент?

Леонид Рассада: Конечно. Да что они там, договариваться не могут. Вы выразились максимально точно, а самое главное, что в условиях, когда у нас совсем мало независимых СМИ... И я не скрываю этого своего отношения к СМИ... мы не получили не то, чтобы даже площадок. СМИ-то ведь есть, которые могут себе позволить. В Перми на самом-то деле тоже вспомним – Агишев. Площадка пермская поддержала. Потому что я помню, там газеты независимые поддержали, но в Кудымкаре-то нет. Официально в нашу поддержку никто не выступил. Вот этот негатив, который шёл – да они предатели, да они свои корыстные интересы... Начали потом репутационные материалы готовить. Я тут уже пытался за клевету обращаться в суд. Писали, что налоги не платят, ещё что-нибудь подобное. Ну, то есть начали репутационную кампанию вести негативную, а мы не были готовы, потому что защищаться в этом случае было бы, может быть, было бы правильно. И, конечно, все ресурсы тут не исчерпали. Но я считал, что это нечестно. Событие и сам повод настолько чистый, что не хотелось его загаживать. Пусть со временем эта история рассудится, чем тогда мы бы пошли и использовали это как-то по-другому.

Роман Попов: Леонид Рассада был с нами на связи, кудымкарский депутат, один из кудымкарских мятежников. Олег Борисович, ну вот, смотрите, ситуация такая. Насколько я понимаю, фактически, велась война на два фронта. Фронт пермский и фронт кудымкарский. Фронт пермский кудымкарские мятежники выиграли, причём выиграли очевидно, потому что здесь были площадки, на которых можно было воевать. Были СМИ, которые об этом сообщали. Были фигуры, к которым обращались СМИ. И война была нормальная, шахматная. Были чёрные, были белые, кто-то играл... В Кудымкаре ничего подобного. Зачищенное поле. Не с кем, абсолютно не с кем воевать, потому что никто тебе не предоставляет площадки, тебя мочат втихую. Поэтому они в Кудымкаре проигрывают всё, зато в Перми они отвоевали свои условия. И эта история: соглашение же было заключено. Оно было заключено только потому, что в Перми об этом  кто-то говорил. Зато они проиграли абсолютно всё потом, потому что в Кудымкаре, я думаю, что основная масса... Они даже не знали. Даже не знали этих депутатов.

Олег Подвинцев: Нет, я думаю, что вы не совсем точно себе представляете ситуацию в отношении Кудымкара. Кудымкар – не такая уж политическая глушь. И в Кудымкаре есть независимые СМИ, в Кудымкаре не так уж зачищено поле. Кудымкар сейчас, наверно, один из тех муниципалитетов в Пермском крае, где наиболее сложный политический ландшафт на самом деле существует.

Не только в Кудымкаре, но и во всём округе, но, прежде всего, именно в Кудымкаре. А вообще политическая жизнь на муниципальном уровне очень сильно усложняется последнее время. И шансы, мне кажется, были. Здесь не хватило, наверно, немножко политического опыта и политической воли, организованности не хватило. На языке специалистов это называется «повестка дня». То есть то, что касается борьба с администрацией – она действительно была выиграна, а проиграны были выборы, потому что повестка дня этих выборов оказалась совсем другой. То, о чём говорил Леонид, означает, что, действительно, из Перми технологами была навязана другая повестка дня. Только на этап, на самом деле, избирательной кампании. Потому что здесь как раз можно говорить о том, что наша власть привыкла выигрывать технологически. Не стратегически, а технологически. Поэтому технологически она действительно сплошь и рядом выигрывает, а стратегически сплошь и рядом проигрывает. И вот выборы выиграли – да, потому что технологически оказались гораздо сильнее, активнее, сплочённей, опытней.

Юрий Бобров: Как вспоминали сам представители оппозиционеров, выставли бесспорные кандидатуры врачей, участковых либо главных. Совершенно не скандальным, совершенно позитивным имиджем, которые, конечно, не собирались работать депутататми, но могли выиграть выборы, особенно при административной поддержке...

Олег Подвинцев: Ну, вот Леонид же говорил о том, что, собственно, создали им определённую репутацию, а принципиальный вопрос отодвинули на обочину, так, что о нём фактически не говорили. И этому не смогли помешать. Поэтому итог выборов вот такой. Выиграли ли при этом пермские власти стратегически в Кудымкаре и в округе – судя по тому, как новый губернатор увидел ситуацию, какой пейзаж и какие обращения к нему пошли – да, судя по всему, стратегически они проиграли. И ещё один момент. Мне не нравится, что мы всё вот так вот безличностно говорим. Мы говорим об этих людях, а кто им противостоял? Вот даже господин Рассада ни одной фамилии не назвал.

Юрий Бобров: Весьма политкорректно.

Олег Подвинцев: Да, очень политкорректно высказался. Кто давил? Кто приезжал? Кто эти самые профессиональные товарищи, которые осуществляли это давление, которые технологически работали профессионально, успешно...

Юрий Бобров: Они заслуживают быть упомянутыми!

Олег Подвинцев: Но, тем не менее, итог-то какой? Стратегический-то итог какой?

Роман Попов: Я не упоминаю имена и фамилии чиркуновских пиарщиков и политтехнологов только потому, что я частично их не знаю, а частично я считаю, что это абсолютно непринципиально. Ведь мы же понимаем, что за кудымкарскими депутатами работал Олег Анатольевич через своих людей.

Олег Подвинцев: Правильно, через представителей администрации, которые многие по-прежнему сейчас на своих местах и в команде Басаргина. Им ставят другие задачи – они выполняют другие задачи.

Роман Попов: В данном случае упоминать... Если бы это было в Чайковском, помните, Яков Силин у нас отправлялся в Чайковский – тогда нужно говорить: Яков Силин – это он запорол задачи в Чайковском. Там очень много зависело от индивидуальности. В Кудымкаре нет. Неважно, кто бы туда не поехал, задача была выполнена, хорошо выполнена.

Олег Подвинцев: Ну как, задача была выполнена не полностью. Я считаю, что победа одержанная администрацией – это была победа, одержанная администрацией на выборах. Они соглашения достигли, они в этом отношении господин Рассада говорил совершенно верно, они в большей степени сохранили лицо, договорившись с двумя депутатами, но тем не менее... Задача-то была какая. Ожидалось, что этот тренд с отменой прямых выборов будет продолжаться. И, соответственно: ну вот пока мы ситуацию разрулим как-то, а потом обновим Городскую думу, что и было сделано, ну и дальше будем принимать все решения. Думу-то обновили, но тем не менее ситуация поменялась.

Ну, хорошо, ладно, бог с ними, с чиновниками, да, которые по долгу службы этим занимаются, задачи им ставят политики и так далее. Но, я ещё раз повторяю: а те общественные деятели, которые тогда, по просьбе тех же самых чиновников, по просьбе тех же самых политиков, выступали в поддержку явно непопулярных, неправильных решений? Они ведь на самом деле должны нести какие-то издержки. Они, если авторитет имеют, должны его ставить на карту, они должны рисковать. Почему сейчас никто, когда пошла совершенно другая тенденция, в пользу возвращения прямых выборов, почему никто из тех общественных деятелей, кто явно по просьбе администрации так ярко активно выступали в поддержку отмены прямых выборов – почему сейчас никто не сопротивляется? Где все эти аргументы? Где все эти сторонники? Где все эти люди?

Роман Попов: Я вам отвечу на этот вопрос следующим образом. У нас есть программа «Время Ч.», в рамках которой мы вспоминаем, как это было на протяжении 8 лет. А у всех остальных нет такой программы. И сейчас доставать подшивки, смотреть, кто, что говорил, и тыкать, как котёнка, мордой в какашки... На это просто нет времени. Ни эфирного, ни газетного, площадей нет.

Олег Подвинцев: Я считаю, что на этом не надо сосредотачиваться, но совершенно неправильно, ещё раз повторяю, не называть ни одной фамилии.

Роман Попов: Ок, назовите!

Олег Подвинцев: Ну как, ну кто ездил в Кудымкар? Фёдор Алиев, прежде всего.

Юрий Бобров: Фердус Завидович.

Олег Подвинцев: Вот. Естественно, пермская ситуация мне гораздо ближе и больнее, я помню всех людей, которые выступали тогда на общественных слушаньях. Тогдашний лидер, например, «Правого дела», господин Орлов.

Юрий Бобров: Господин Орлов, господин Сапко, господин Малютин, Арсен Болквадзе...

Олег Подвинцев: Хотелось бы услышать сейчас позиции инициаторов, сейчас пусть они выскажутся. Давайте их вспомним. Потому что ну нельзя так делать, должна быть ответственность, иначе у нас вся политика становится безответственной.

Роман Попов: Олег Борисович, здесь, на вашем месте, сидел Игорь Сапко, я его спрашивал. Он сказал, что времена изменились.

(смеются)

Олег Подвинцев: Времена изменились очень быстро!

Роман Попов: Они попробовали, попытка оказалась неудачной.

Олег Подвинцев: Они все говорили – давайте, по меньшей мере, пять лет отработаем по этой схеме.

(смеются)

Олег Подвинцев: А то и десять, чтобы было понятно. Нет, ну всё понятно же, господи, я просто ещё раз говорю: давайте не будем это забывать, не будем говорить, что есть некие «они», которые потом куда-то все подевались. Я готов отвечать за свои слова. Я не всегда говорю правильные вещи. Я занимал ошибочную позицию, я делал неправильные прогнозы, такое случалось со мной, и неоднократно. Я готов, что мне ткнули, сказали – так и так, я к этому готов. Но когда у нас сплошь и рядом позиция меняется в соответствии с ветром перемен, в соответствии с веяньями, которые приходят из администрации, и никакой ответственности человек не несёт – вот это мне совершенно не нравится.

Юрий Бобров: Мятежники из Кудымкара – они совершили, с политологической точки зрения, поступок? Насколько широко круги разошлись?

Олег Подвинцев: Как сказал господин Рассада, для них был важен именно принцип. С этой точки зрения – да, они совершили поступок.

Роман Попов: Как вы считаете, мятежники из Кудымкара – это страница во «времени Ч.»?

Олег Подвинцев: Это страница, безусловно. Поскольку, на самом деле, сама проблема Коми-пермяцкого округа – это очень важная проблема жизни Пермского края этого времени, и это важный элемент здесь.

Роман Попов: Олег Подвинцев был у нас в гостях, спасибо вам большое.

 

Обсуждение
1113
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.