Верхний баннер
14:49 | | 20 АВГУСТА 2017

$ 59.36 € 69.72

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
18+

Программы / Особое мнение

13.05.2016 | 23:00
«Я вообще считаю, что дело чести для региональной власти – провести честное расследование этого инцидента и наказать виновных, потому что в принципе тень-то падает ведь и на них», – Евгений Плотников, журналист

- Программа «Особое мнение» на «Эхе Перми». В студии Вячеслав Дегтярников, Мария Зуева за звукорежиссерским пультом. И сегодня у нас со своим особым мнением Евгений Плотников, политический обозреватель газеты «Звезда». Женя, добрый день!

- Добрый день!

- К сожалению, начался сегодняшний день с таких достаточно жестких ситуаций вокруг средства массовой информации – «Урал-Информ ТВ» вчера отключили. Вот уже Игорь Лобанов, представитель журналистов, по этому поводу высказался…

- Ну да.

- Абсолютно поддерживаю его высказывание, без сомнения какой-то информационный терроризм. И особенно жалко людей, которые оказываются заложниками этой ситуации.

- Вячеслав, ну мы же с тобой знаем, что вот подобные вещи происходили и раньше. Но они происходили в какие времена? В лихие 90-е, в выборные годы. Помнится, там тот же там Анохин на «Рифее», который должен был выступить там, эфир раз – и не получился, да, в последний день агитации, т.е. какие-то вот такие...

- Помнишь, ТВ-6 исчезало из эфира?

- Да, да.

- Т.е. просто выключали и включали, выключали и включали.

- Да, да.

- Помню, электрик был некий, который перерезал провода.

- Да. Нет, ну и в Кунгуре, помнится, были помехи в свое время на выборах главы города, ну, в накал, так скажем, политических страстей, да, такое, да, бывало, и причем это было в такой вот, в пиковой, т.е. вот нужно было отключить здесь и сейчас, да.

- Да.

- Потом будет поздно. Ну решали свои задачи, потом, естественно, никаких виновных не находили, ну забывали, потому что политика – дело грязное, да, ну поборолись люди на выборах, после выборов обнялись, и кто победил, кто не победил, там уже разобрались и все забыли, потому что все понимали – такие правила игры. Т.е. правил игры как таковых там в выборных кампаниях в последнюю неделю не существует, да, надо с этим смириться, это принять и т.д. В данный момент мы с тобой понимаем, произошло некое ЧП, да, т.е. мне, я не скажу, что я большой поклонник «Урал-Информ ТВ»...

- Тут не принципиально – поклонник его или нет.

- Не принципиально, да-да, и мне просто очень интересно, что же такое там могли готовить, да, какую «бомбу», что потребовалось кровь из носа каким-то образом перекрыть вещание. Не очень понимаю, и, конечно, хотелось бы знать, что там за передача планировалась, а если не планировалась, то что произошло, да?

- Да.

- Вот не знаю...

- Т.е. ты тоже считаешь, что это, собственно говоря, попытка введения цензуры вот таким образом?

- Ну да, я думаю, что это попытка введения цензуры или демонстрация возможностей кем-то, кому что-то не нравится в данной конфигурации. Мы же понимаем, что недавно «Урал-Информ ТВ» сменило собственника, да, и я думаю, что, скорее всего, истоки, наверное, вот этих проблем сегодняшних нужно искать там. Я скажу, что вот эти вопросы, они актуальны для сегодняшних СМИ, мы понимаем, что сейчас рынок, СМИ меняют владельцев, при том, что редакции, как правило, остаются те же самые, ну, может быть, где-то редакторов меняют, а в целом не сильно трогают коллективы, потому что все равно работающее предприятие – это работающее предприятие, и ломать, там лучше ничего не делать, лучше ничего не ломать, потому что потом бывает хуже. Примеров у нас таких тоже масса, да. В данном случае что можно вспомнить? Вот недавний пример – газета «Звезда» сменила владельца.

- Неоднократно.

- Неоднократно, но когда однократно сменила, значит, получилась ситуация, при которой собственник был уже другой у газеты, да, а управленческая структура принадлежала еще прежним собственникам, которые там как могли гадили вплоть до того, что подготовили письмо на руководителя издательства с просьбой приостановить… не с просьбой, а уведомили издательство в том, что газета «Звезда» приостанавливает свой выпуск. Понятно, что руководитель издательства позвонил редактору, поскольку мы как бы родственники, да, можно сказать, и директор издательства «Звезда» и редактор, значит, газеты «Звезда» сказал, что это так. Нет, ну мы тогда ситуацию загасили, на это письмо сильно никто обращать внимание не стал, газета продолжила выходить, это один из моментов, когда люди просто хотят после себя оставить руины, пользуясь какими-то пробелами в законодательстве, просто уничтожить все, да, чтоб – не доставайся же ты никому. Или продать по второму разу – это тоже вариант, когда продали один раз, потом начали шантажировать, создавать проблемы, и продали по второму разу. Вот, ну и я думаю, что, возможно, с «Урал-Информ ТВ» происходит что-то то же самое.

- Но в этой ситуации, понимаешь, вот когда после себя оставляют пепел, который можно развеять, в этом пепле-то люди, в первую очередь, т.е. ведь удар наносится не только по, скажем так, вещанию или не вещанию, удар по журналистскому коллективу.

- Я совершенно согласен.

- У которых есть семьи, у которых есть дети.

- Да.

- Об этом-то ведь никто не думает в данной ситуации.

- Да, более того, Слава, я скажу так, что обиднее всего то, что в данном случае амбиции вот эти, они там перекрывают все. Как-то люди, которые бьются за эти активы, пытаясь их вернуть, не вернуть, действительно оставить после себя руины, чтобы не досталось ничего никому, как-то забывают, что... ладно, есть планктон, который сегодня может в одном СМИ работать, завтра в другом – без разницы, да, перетекая туда-сюда, но есть люди, для которых может быть работа на том же «Урал-Информ ТВ», или в газете «Звезда», или на «Эхе Перми», является в какой-то мере смыслом жизни, и создавать такую ситуацию, при которой что-то может не выходить, что-то может прекратить вещание, но это, я считаю, перед этими людьми, просто как бы несправедливо по отношению к ним. О них тоже надо думать, потому что они тоже имеют свое мнение, хотят работать, да, вот ну как-то так. Я считаю, что, да, удар по коллективу несомненно, потому что кто-то не вышел в эфир, до кого-то не дошло чье-то мнение, да, т.е. это все равно информационная такая вот палитра широкая. Конечно, я думаю, что любой собственник должен задумываться о том, что если он приобретает какой-то актив, в нем люди, и в общем-то надо как-то о них заботиться, потому что актив – это не только возможность как-то пытаться влиять на общественное мнение, но это еще и ответственность за людей, которые работают на твоем предприятии.

- Такое ощущение складывается, что вот у нас, когда отменили крепостное право, отменили и право, вернее, требование к собственникам в данной ситуации заботиться о крепостных, т.е. люди стали еще в худшей ситуации находиться, нежели крепостные, потому что помещик, он обязан был кормить, обязан был заботиться о своих подданных.

- Да-да-да.

- И смотреть, чтобы они где-то жили. И в случае, если он это не исполнял, за этим следовало серьезное вообще наказание так-то в Российской Империи.

- Да, я тоже думаю, что в данном случае это совершенно так, т.к. никто не несет ответственности, это вот очень плохо, но как ее законодательно закрепить, например, да? Т.е. что там собственник должен то-то, он должен следить за тем, чтобы зарплата в коллективе платилась вовремя, чтобы всем выдавался гарантированный соцпакет, да, а если он этого не делает, то, например, что национализировать предприятие, лишать права собственности – что делать-то, да? Вот как-то так.

- Ну а если все-таки вспомнить о том, что предыдущий собственник был каким-то образом аффилирован, связан, по крайней мере, об этом писали, с властными структурами, то возникает вопрос и к властным структурам: ребята, вы то здесь поставлены так-то закон соблюдать, а не беспредел чинить.

- Я вообще считаю, в данной ситуации, Вячеслав, что дело чести для региональной власти – провести честное расследование этого инцидента и наказать виновных, потому что в принципе тень-то падает ведь и на них, потому что мы понимаем, что прежние собственники...

- Причем самая большая.

- Да. Прежний собственник работал заместителем руководителя администрации губернатора, и, собственно, сегодня понятно, что все подозрения падают именно в ту сторону в том плане, что вы как бы уступили актив, продали его, а сейчас пытаетесь каким-то образом либо влиять на него…

- А по крайней мере, есть серьезные подозрения, что именно так и происходит.

- Конечно, конечно, подозрения есть, и говорю, что вот в данном случае, чтобы каким-то образом снять эти подозрения, я считаю, что поскольку случай вопиющий, первый за период правления Виктора Федоровича, да, я считаю, что губернатор должен.

- Вопиющий случай вообще в течение всей пермской истории...

- Ну да.

- В последний период.

- Да, да.

- Т.е. были краткосрочные...

- Были краткосрочные выборные, мы их понимаем, они были связаны с какими-то... Здесь что-то другое. Если, предположим, мы допустим, что это ничего страшного, расследование не происходит, ничего не делается, и говорится – потом парни разберутся, да и, в конце концов, зайдут технические сотрудники «Урал-Информа» в это помещение режимное, включат передатчики, и все заработает, и как бы никаких проблем не будет. Но возникает еще вопрос: у нас какая-то законность-то есть или нет? Т.е. в принципе сегодня мы с тобой можем взять, соорудить какую-то фальшивку, да, под видом, значит, доверенности, что мы являемся с тобой гендиректорами, пойдем и что-нибудь отключим.

- Даже, допустим, что мы с тобой соорудили нефальшивку.

- Да, даже нефальшивку.

- Вот тут есть действующий коллектив, есть какое-то вещание, предположим, что у меня есть какие-то полномочия…

- Да.

- Предположим, да, существуют все равно какие-то законные способы борьбы за собственность, т.е. предположим, что я не согласен с тем, что этот передатчик – это моя собственность, ну так идите в суд, ребята.

- Ну да.

- Все начинается с судов, а это напоминает конкретный рейдерский захват, который проходил в 90-е годы, и тогда, кстати, все-таки, мне кажется, вот эти захваты заканчивались тем, что вмешивалась полиция.

- Ну да.

- Ну тогда милиция.

- Да, захваты, в данном случае мы же говорим, что захват передатчика...

- Их всех и отправляли в суды в результате.

- Да. Мы и говорим о том, что захват передатчика – это по сути захват части предприятия, ведь это всё равно неразрывная такая вот цепь.

- Да.

- Как работает, вот я не телевизионщик, но я думаю, что это часть технологического процесса.

- Ну часть, одна из основных частей, да, и в данном случае, естественно, правоохранительные органы должны как-то вмешаться. И правильно ты говоришь, даже если есть полномочия, имеет ли право генеральный директор без каких-либо объяснений в коллективе, где-то еще пойти все отрубить, – вот тоже вопрос. Но для меня как для журналиста, работающего в СМИ, как бы вот мы, о чем я говорил, письмо о том, что «Звезда» приостанавливает свой выпуск. По идее, гендиректор должен был прийти в коллектив, сказать, что, ребята, у нас нет денег, мы закрываем газету, и поэтому в связи с этим я такое-то письмо направляю в издательство. И мы бы сидели и думали, а когда это становится как там гром среди ясного неба, естественно, возникают вопросы: а что вообще происходит? Есть какая-то власть или ее вообще никакой нету? Ну это вот как в параллель мы смотрим.

- Да, конечно.

- Я думаю, как-то так. В любом случае, коллектив должен быть в курсе, что происходит. И если есть какие-то, я считаю, что если и были какие-то проблемы, нужно было сначала их обсудить, а потом уже гендиректору или кому, кто там какими печатями обладал, принимать решение. И я думаю, что это должен быть уж какой-то серьезный форс-мажор, при котором приходят и что-то отключают. Это правильно ты говоришь, революция – захватить телефон, телеграф и т.д., ну вот, а сегодня захватить...

- И перекрыть мосты.

- Да. А сегодня мы понимаем, что это телепередатчик захватили, да, вот власть взяла в свои руки…

- Продолжается программа «Особое мнение». Евгений Плотников у нас сегодня в гостях, политический обозреватель газеты «Звезда». Обсуждали мы вот эту ситуацию вокруг таких рейдерских, собственно говоря, действий вокруг средств массовой информации с серьезными последствиями для, в первую очередь, коллектива.

- Вячеслав, главное, чтобы нас тут не отрубили, правильно?

- Ну, я думаю, что не отрубят, мы проследим, как это называется, в общем, иначе придется Гюльчатай все-таки личико-то приоткрыть.

- Да-да-да, кто там за тем стоит, да.

- Потому что я думаю, что все равно это личико надо приоткрыть Гюльчатай, в том числе и во властных структурах это четко должны понимать, что Гюльчатай...

- Должны дать оценку этому факту, да, и провести какое-то расследование, т.е. в том числе с участием правоохранительных органов, я считаю.

- Потому что любимая жена, нелюбимая жена – это все, конечно, вещи хорошие.

- Я бы даже больше сказал: и довести всем руководителям СМИ под роспись результаты этого расследования, чтобы каждый понимал, что его ждет, если он будет как-то препятствовать выходу СМИ или чему-то еще.

- Ну с этого все начиналось, с 90-х, понимаешь, да, вот там и вспоминаешь, наверное, реальная демократия начиналась с того, что все-таки каким-то образом были обозначены точки над самим понятием «свобода слова» – что это такое, каким образом в этом участвует редакция, за что отвечает главный редактор, за что отвечает собственник.

- Ну да, в лице гендиректора или кого-то еще – какой-то управленческой структуры.

- Вот не случайно эти все вещи были разведены, разведены в том числе в соответствии с законом.

- С законом о СМИ, да.

- С законом о СМИ. Слава Богу, он пока не поменялся с того периода. Ну давай мы от таких бурных событий в СМИ вернемся к бурным событиям в политической жизни.

- Пот вытрем и вернемся к политике, да?

- Да, вернемся к политике. Праймериз – новое, красивое американское слово – предварительные выборы, и вокруг этого такие серьезные пляски происходят.

- Да вообще баталии такие идут, что не на жизнь, а на смерть.

- Коверные, подковерные и т.д.

- Вячеслав, я тебе скажу, что я...

- Не будем поднимать?

- Будем. Я слышал даже такую мысль от нескольких участников этих праймериз, людей, которые в принципе претендуют на мандаты, и причем серьезно претендуют, они работают статистами на округах в Госдуму, в Законодательное собрание, что на самом деле вся выборная кампания делается сейчас. Т.е. вот праймериз заканчивается 22 мая, и по сути дела 22 мая закончится 3/4 выборной кампании, все остальное будет конец августа – начало сентября, будет там блицкриг, потому что сейчас понятно, что после 22 мая все уедут на дачи, и как бы там будет трудно людей как-то вообще сагитировать или поднять. Поэтому пристальное внимание приковано к праймериз «Единой России», и поэтому любые перипетии, которые происходят сейчас со снятием людей, со входом людей…

- Тут, наверное, все-таки нашим слушателям надо пояснить, что такое праймериз «Единой России» и почему это не совсем выборы, с одной стороны, с другой стороны – выборы.

- Да, ну мы поясним, что...

- Объясни технологию.

- Да, что это, конечно же, не выборы в общепринятом законном смысле этого слова. Выборы у нас в сентябре, а в данном случае это внутрипартийное голосование «Единой России», которое должно обозначить фаворитов в округах, т.е. подразумевалось, что это будет такая внутрипартийная борьба, на каждый округ выдвигается 5-6 кандидатов, на каждый будущий округ – что в Госдуме, что в Законодательное собрание, они между собой как-то там борются, 22 мая будет голосование на импровизированных избирательных участках, где каждый любой желающий гражданин, проживающий в данной территории, может прийти и проголосовать за тех, кто ему понравился, да, и по результатам этих голосований и будет сформирован список выдвиженцев от «Единой России» на выборы. Будет считаться, что каждый, кто победил в том или ином округе, он самый лучший, самый сильный, и его «Единая Россия» будет выдвигать на основные выборы, которые пройдут у нас в сентябре.

- Да.

- Ну вот в целом вот так вот. Хорошая идея, ну будем так говорить, это партийное голосование, в котором участвуют в том числе и простые граждане.

- И сочувствующие, как раньше называлось.

- Да.

- Это все все-таки для наших слушателей, чтобы было понятно, все записано в уставе «Единой России», собственно, это вот именно устав «Единой России» это и требует, и это все происходит, насколько я все-таки понимаю, за партийные деньги, а не деньги бюджета?

- Разумеется, да, все это оплачивается партией. Мы понимаем, что там много было споров, кто предоставляет избирательные участки. Было объяснено, что – избирком наш давал разъяснения краевой – что мы никакие избирательные участки никому не предоставляем, т.е. партия сама договаривается с теми помещениями, в которых, кстати, проводятся выборы, естественно, потому что они соответствующим образом оборудованы, партия договаривается об аренде этих участков, вот этих помещений – это школы, как всегда, всякие клубы, дворцы культуры, библиотеки – все, что приспособлено под голосование, арендуют. Счетные комиссии, как правило, формируются теми, кто уже работал на выборах от партии «Единая Россия». Как уже партия с ними расплачивается, с этими членами счетной комиссии – это уже ее дело, т.е. да, это все на партийные деньги делается, хотя, конечно, учитывая количество власть имущих, которые сегодня на этих праймериз участвуют, я думаю, что бюджетные деньги там тоже есть.

- Это мы можем догадываться, но утверждать на все 100% не можем.

- Мы можем поспорить на эту тему, я думаю, что есть там эти деньги. Ну нет, давайте вернемся к мэру Перми Игорю Вячеславовичу Сапко, он участвует в праймериз.

- Давайте вернемся, тем более, что снимался, заявлялся. Вообще вот выплясывались такие большие там круги вокруг Игоря Вячеславовича…

- Кренделя, да. Вот кренделя выплясывались… В общем-то Игорь Вячеславович громко заявил, что он снимается с праймериз, на самом деле он снялся с праймериз только по одномандатному округу, на Госдуму, в общем-то округ Кунгурский, вот. Зачем он туда заявился… ну, я думаю, что в противовес Дмитрию Скриванову. Понятно, что он очень такой несерьезный соперник, я, честно говоря, не очень понимаю, зачем он вообще это сделал, поскольку выборы Госдумы, ну он даже в ЗС не участвовал, т.е. у него Пермская городская дума – вот его потолок, по 6-му округу он, по-моему, всегда баллотируется. И он принял решение, т.е. он снялся сейчас, какое-то время поприсутствовал, да, в одномандатном по Госдуме, сейчас отозвал свое заявление, т.е. он в праймериз не участвует по одномандатному. В партийной группе на Кунгурском округе он остался. И, конечно, меня очень порадовало недавно, какая-то официальная информация прошла, что, значит, приезжал куратор «Единой России» из федерального центра, который собирал тут участников праймериз, там был губернатор, были все, и он там накачивал всех, как надо работать, значит, и Игорь Вячеславович Сапко сказал, что мы, значит, мы будем лучше работать, и мы проедем всю территорию и отработаем их как положено и т.д., и т.д. Ну сам понимаешь, какие вопросы напрашиваются.

- Какие, объясни?

- Ну как какие? Ну мы же с тобой, Слава, в Перми живем, у меня вот вопрос: а зачем куда-то ездить, если у нас собственно и в Перми ворох проблем. Давайте, можно даже поднять всякие, значит, обещания господина Сапко, когда он ходил на выборы, и, по крайней мере, мне вот всегда интересно, когда люди куда-то идут – пусть сначала отчитаются, что они сделали в текущем периоде, т.е. чем они занимались все эти годы. Я же не поленился, посмотрел – Сапко 20 лет уже депутат! 20!

- Это профессия.

- Это профессия, да, и...

- Есть такая профессия – Родину защищать.

- Есть такая профессия – депутатом служить, причем на постоянной основе, поэтому в общем-то хотелось бы узнать, что он за 20 лет сделал вообще, т.е. какие у него заслуги, что он в свои личные заслуги записывает, очень интересно, и уж потом, исходя из этого понимать, а нужно ему в Госдуму или нет? Т.е может быть сначала здесь поработать, доказать, что ты эффективен. Но вообще-то если за 20 лет ничего не доказал, мне кажется, уже сложно чего-то доказать уже кому-то.

- Может это все-таки как раз недоработка СМИ, потом ведь почему люди дают вначале какие-то предвыборные обещания, потом про них забывают? Потому что память короткая у тех же средств массовой информации?

- Ну да, забывают осветить.

- Был же слоган какой-то, да.

- Конечно, были какие-то...

- Были какие-то книжки написаны, в том числе с какими-то предложениями, замечаниями, у избирателей собирались какие-то пожелания.

- Ну да, наказы.

- Наказы, наказы, вот.

- Ну да, очень хотелось бы посмотреть.

- Наказы-то – ведь слово такое хорошее.

- Хорошее, да.

- За наказы можно и наказать.

- Да. Вот поэтому и хотелось посмотреть, ну ничего этого, понятное дело, нет, сейчас он ездит по территориям… Ну, блин, ну пусть ездит, конечно, но хочется, чтобы он в Перми проблемы решал. И потом, округ очень большой – Кунгур, Чернушка, Оса, Барда, т.е. он будет туда ездить. Мне вот интересно, когда мы как раз говорим о бюджетных деньгах: за чей счет он будет туда ездить? Он возьмет отпуск, будет туда ездить, на каком транспорте – на автобусе, на велосипеде?

- У нас автобусы-то ходят ведь.

- Так вот, автобусы ходят, но как бы да, вот интересно, ну расписание в автобусах плохое – там в общем-то не очень удобно.

- Невыгодно.

- Это только если на неделю заезжать, да, там уехал куда-нибудь в Барду.

- Возьмет личный автомобиль.

- Личного у него нету, я вот специально посмотрел декларацию, у Игоря Вячеславовича есть снегоболотоход, вот.

- Слушай, у нас как раз на этом и надо по краю передвигаться, у нас проблемы с дорогами.

- Я понимаю.

- Может быть, слушай, может их поэтому и не строили, потому что снегоболотоход.

- Потому что у Игоря Вячеславовича есть болотоход, да, т.е. можно передвигаться на нем.

- Все очень просто – это мы с тобой несчастные, пытаемся доехать до Кунгура и понимаем, что дорогу так и не построили.

- Да.

- А мы едем с тобой на обычном автобусе.

- Да, он может быть по целине. А он сел на целину.

- Рядом на снегоболотоходе, вот, понимаешь, преодолевает все тяготы и лишения.

- Да-да-да, рулит как заправский гонщик Игорь Вячеславович, да, и опять же вопросы: за чей счет, в служебное или не в служебное время? Я говорю, что я очень сомневаюсь, что у нас Игорь Вячеславович очень сильно перерабатывает, я хожу на работу мимо его дома и недавно столкнулся – у нас планерка в 10:00, я в полдесятого проходил – он только выезжал, т.е. в принципе ну, журналисты работают допоздна, я не знаю, мэры может быть тоже работают с 10 до упора, вот не знаю

- Я думаю, да. Ты что, вот не веришь, что ли?

- Да. Человек выспался, в полдесятого сел на служебную «Ауди» и поехал на работу. Понимаешь, как бы нормально…

- Ну, просто всю ночь-то...

- Всю ночь работал.

- Конечно.

- На благо там, или в Чернушке был.

- Продолжается программа «Особое мнение». В студии Вячеслав Дегтярников, Мария Зуева за звукорежиссерским пультом. Сегодня в гостях у нас со своим особым мнением политический обозреватель газеты «Звезда» Евгений Плотников. Вот про снегоболотоходы мы с тобой разговаривали, в общем, для нас было некоторым открытием, мы в общем с тобой, наверное, точно определили, почему не строятся дороги.

- Мы теперь с тобой поняли, что в общем-то перспективно, нужно болотоходы покупать, снегоболотоходы, чтобы и зимой, и летом можно было ездить по территории Пермского края.

- Отличная история!

- На самом деле нормально.

- Это почти реклама.

- Да.

- Снегоболотоходов.

- Вот. Ну и, честно сказать, мы, обсуждая праймериз в последнее время, мы, Вячеслав, ведь не в первый раз про праймериз говорим, мы с тобой как-то циклимся все время на «Единой России». Мне кажется, скоро нас уже в какие-то такие сторонники запишут, что мы создаем определенный фон.

- Вы, батюшка, случайно не партийный?

- Да, да, вот именно. Я считаю, что мы очень много внимания уделяем нашей уважаемой «Единой России» как бы и не смотрим совсем за другими партиями, чем они там живут и чем дышат, это, наверное, наше упущение такое.

- Давай посмотрим за другими партиями.

- Вот смотри, значит, ездим по улицам, да, понятно, все говорят, что очень много Скриванова.

- А, ты опять к рекламе.

- Очень много Окунева, но я скажу, что сейчас стало очень много Любича. Я не знаю, конечно, кто такой Любич, говорят, какой-то москвич с кунгурскими корнями. С кунгуряками разговаривал, у меня с этим городом давние теплые отношения, значит, общаюсь со многими людьми, там у меня знакомых много, друзей, и они тоже не знают его, они говорят: покажите нам этого кунгуряка, который собрался, хочет финансировать избирательную кампанию федеральной партии, может быть он нам пару бюджетов подгонит. Т.е. понятно, что бюджет Кунгура под миллиард, понятно, сколько стоит там федеральная кампания – тоже, наверное… наверное, даже подороже, тем не менее, для человека, который собрался финансировать кампанию федеральной партии миллиард, наверное, небольшие деньги. И, тем не менее, мы смотрим плакаты Любича: к чему они, зачем? Ну вот «Партия Роста» – интересная партия, да, у нее много всяких прозвищ обидных... Мы же будет рассуждать как медики, да, как циничные журналисты.

- Значит, как циничные журналисты, да, как медики, наверное, потому что не всегда же диагноз точный поставишь.

- Да, в общем-то, да, говорят, партия-простатит и т.д., партия простатита и прочее. Ну, я считаю, что такие они немножко грубые, вот все шутки, но, учитывая, кто сегодня вокруг этой партии крутится, мы понимаем, что сегодня в Госдуму 14 субъектов выдвижения будет, 14 партий и организаций могут выдвигать, помимо парламентских, еще там 10 других, да, и в том числе эта партия. Вот, значит, я думаю, что ее кампания будет, наверное, самой громкой в Пермском крае за всю историю, потому что там собрались такие люди вокруг нее, как Виктор Похмелкин, Галина Славутина тоже туда примыкает, ну и, естественно, Константин Николаевич Окунев – он всегда у нас поближе к этим всем, значит, таким вечным оппозиционерам, которые с кем-то борются. Но я считаю, что самый лучший слоган для них был бы, предположим…

- Он, кстати, ведь не всегда был такой.

- Кто?

- Константин Николаевич.

- Ну он, да, он разный был, но мы, я думаю, к этому сейчас вернемся буквально через чуть-чуть.

- Да.

- А здесь в данном случае я считаю, что самый лучший лозунг был бы для этой партии, т.е. учитывая, что Похмелкина здесь все знают, предположим, сделать огромный плакат, значит, фотографию Виктора Валерьевича с лозунгом – «Похмелкин протрезвел». Почему нет? Как думаешь?

- Ну это мы уже как-то на личности переходим.

- Да нет, мы же просто как бы «прозрел», «протрезвел», понимаешь? Т.е. как бы опять...

- Опять-таки с учетом тех слоганов, которые придумываются, возможно и такое. 

- Да, и я думаю, что все бы вспомнили Виктора Валерьевича, которого давно уже не было там, когда стали избирать по партийным спискам, он так, к сожалению, и не нашел такую партию, от которой можно все-таки избраться. Ну вот сейчас у него такое опять.

- Есть такая партия теперь.

- Да, сейчас теперь есть такая партия – «Партия Роста», значит, и Виктор Валерьевич, видимо, будет у нее главным, в общем-то, хэдлайнером, визитной карточкой этой партии в Пермском крае, кого-то соберут. Ну они такие, веселые, и я думаю, что будет нескучно с ними. В частности, я думаю, что Константин Николаевич с ними пойдет в тесной связке. Тоже смотрю вот – обновляет плакаты, т.е. у него такая добротная хорошая рекламная кампания, терминатором был, сейчас Че Гевара, потом кем-то еще будет, он как бы хвастается в Фейсбуке, что он достиг результата, его обсуждают, его вспомнили, да, я вернусь, значит. Ну не знаю, конечно, вернется ли…

- В данной ситуации, наверное, не самое важное, это все-таки реклама чистой воды.

- Это реклама, нет, у них еще и содержательные вещи есть. Предположим, газета, заявленным тиражом 350 тысяч у них сейчас начинает выходить, уже вышла пара номеров, по-моему, вот в одной из них была такая статья против Виктора Федоровича Басаргина, что у него все ворюги, да, за подписью Евгения Плотникова.

- Подписываешь?

- Да, мне вот все говорят, сколько ты заработал на Константине Николаевиче? Ну, учитывая, сколько у Константина Николаевича долгов, я думаю, на нем ничего не заработаешь, но дело даже не в этом.

- Вы сейчас персональные данные пытаетесь открывать.

- Да-да-да. Нет, ну интересно.

- А мы давай персональные данные Евгения Плотникова-то откроем. Писал или нет, признавайся по-честному!

- Вячеслав, мы же понимаем, что я работаю в газете «Звезда», я нигде больше не работаю, поэтому...

- Отказываешься?

- Да, я категорически отказываюсь, но, знаешь, даже если посмотреть ту публикацию, которая подписана Евгением Плотниковым, которую я, конечно, очень хочу увидеть, потому что больше 20 лет уже в журналистике работаю, 24 года, да, но я ни разу не встречал Евгения Плотникова журналиста не только на территории Пермского края, даже в стране, и мне очень интересно было бы со своим тезкой пообщаться. Ну, Плотниковы – такая, конечно, распространенная фамилия, мы с тобой понимаем это, но журналиста еще не видел. Но, тем не менее, я посмотрел, в общем-то мне отчасти так понравилась публикация, я тоже весьма критично настроен к Виктору Федоровичу, но, честно говоря, я нашел там несколько нюансов, которые для меня не совсем характерны, они характерны скорее для Константина Николаевича Окунева, где статья начинается с того, что все мы в 2012 году с распростертыми объятиями ждали Виктора Федоровича Басаргина. Ну, я не знаю, кто «все», вот и «мы», да, потому что я, например, его не ждал, я думал, что все-таки будут всенародные выборы. И таких, что взахлеб приветствовал его стоя, да, и громко аплодируя, было ведь немного – Окунев был, Аверкиев был, и еще несколько человек, которые в общем-то кричали, что наконец-то приехал, да, и сегодня они с ним, естественно, борются, т.е. понятно, без разницы.

- Ожидания все равно же были все-таки, что что-то поменяется, уж как крепкого хозяйственника представляли.

- Ну да, ожидания может и были, но видишь, мы же люди циничные, и учитывая, что человек, собственно, и на федеральном уровне не состоялся – его министерство было худшим, почему он должен состояться как губернатор, т.е. если человек несостоятельный, так он, наверное, несостоятельный во всем. Но это мое мнение такое максималистское, вот я считаю, что это вот как бы в тех публикациях, какие есть, да, а там, собственно, вот мне это не понравилось, например, я бы так никогда не написал. Ну, естественно, там, когда пишется в публикации, что Олег Анатольевич оставил в свободных остатках на счетах бюджета 25-30 млн и куда они делись… Ну, во-первых, он не 25-30 млн оставил, а все-таки 25-30 млрд, т.е. в принципе Олег Анатольевич в кубышку складывал деньги хорошо, т.к. в принципе он губернатору оставил треть бюджета свободных, которые можно было замотать, распределить, освоить, сделать что-то на них хорошее, можно было куда угодно. Представляешь – 25 миллиардов, сколько можно на эти 25 миллиардов построить? Очень много. Вот. Ну а дальше идет анализ, я говорю, что я посмотрел, единственное, что я бы конечно, если ко мне Константин Николаевич обратился, я бы может быть подумал, написать ему что-то или нет, но, конечно, я бы выступил не в таком ключе. Конечно, я согласен, что много ворюг в команде Басаргина, но благодаря чему все это произошло? Там же перечисляется, кто на сегодняшний день под следствием, кто сидит – такие ведь люди есть.

- Конечно есть.

- Вот, и в общем-то я считаю, что вот то, что происходило потом, когда привлекались к уголовной ответственности другие люди из команды Виктора Федоровича, это во многом заслуга в том числе и тех, кто громко аплодировал, встречая Виктора Федоровича. По сути дела, ему дали лимит безнаказанности – что хочешь, то и делай, типа после Чиркунова мы тебе простим все, или он так думал, да. В этом, да, отчасти согласен, ну и опять же, я бы покритиковал, например, партию «Единая Россия» в том плане, что и она консолидировано поддерживала Виктора Федоровича во всех его начинаниях. Но почему-то наша оппозиция как-то очень неохотно, даже я бы сказал, практически вот из этой вот оппозиции либеральной, так называемой, да, они практически не трогают «Единую России», они не критикуют Николая Ивановича Демкина, например, хотя в принципе он должен быть их первый враг, поскольку все решения... Из чего я сделаю вывод, что может быть они просто являются его какими-то троллями?

- Ну смотри, помнишь же Довлатова, мы сейчас уже эфир завершаем, да.

- Да.

- Какой-то он советский. Да вы что, я не советский! Я и говорю, какой-то вы советский.

- Да, да.

- Ну это же вечное, понимаешь?

- Да.

- Ну это вечное. Можешь быть в оппозиции, но при этом оставаться главным по цензуре, главным по удушению свободы слова и т.д.

- Будучи главным либералом, быть главным диктатором.

- Да, причем это же не скрывается даже, это же даже не скрывается. Сейчас же есть такое, как социальные сети. Человек ведь не всегда контролирует, что он туда выпускает, и периодически ведь эти же мысли ловятся в соцсетях.

- Да, да, кстати, это есть такое.

- Вот недавно я помню, просто завершаем… опять-таки про «советский», «несоветский». Известный театральный критик пишет: «Ох, я бы удушила этих журналистов на первом курсе». Отлично просто!

- Да.

- Аплодирую стоя. Браво!

- Вячеслав, ну мы с тобой будем надеяться, что все нас все-таки не передушат, да?

- Ну, душили, душили, всех не передушат. При этом надеюсь, что все-таки, возвращаясь к первой теме, разберутся – Гюльчатай личико откроет. Первая тема у нас была «Отключение Урал-Информ ТВ», и мы все-таки узнаем, кто стоит за этой паранджой.

- Да, обязательно.

- А мы на сегодня прощаемся. Спасибо вам за ваш содержательный эфир!

- Спасибо! До свидания!

- До свидания!

____________________

Программа вышла в эфир 13 мая 2016 г.

Обсуждение
2104
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.