Верхний баннер
09:50 | | 18 АПРЕЛЯ 2021

$ 75.55 € 90.46

Сетка вещания

??лее ????ов??ое ве??ние

Список программ
12+

отдел продаж:

206-30-40

14:00, 02 июля 2013

Падающий дом на Куйбышева, 86

Теги: ремонт

Юрий Бобров: Итак, на момент расселения 27 человек зарегистрировано в третьем подъезде дома №86 по ул. Куйбышева. Из них 25 проживают фактически. Когда стало ясно, что необходима эвакуация, 22 человека разъехались по родственникам и дачам. Троих человек поселили в гостиницы. Сегодня один из них уезжает к родственникам. Один переселяется в маневренный фонд. Еще с одним пока решают. Возможно, он будет жить в гостинице. Сергей, вы сами не из третьего подъезда?

Сергей Чириков: Нет, я живу в первом подъезде.

Юрий Бобров: Вчера говорили о двух опорных колоннах. Можете рассказать, что это?

Сергей Чириков: Сталинский дом, это такая кирпичная постройка, в которой из несущих стен только периметр - наружные стены.  Внутри периметра расположены несущие колонны, на которые положены балки. Внутренние стены у нас не несущие, это деревянные перегородки. Сейчас колонны разрушаются. Идут трещины сверху донизу. Щели видны.

Юрий Бобров: Как были обнаружены трещины? На первом этаже магазины.

Сергей Чириков: Там, для презентабельного вида колонна, была обшита ГКЛ. Вчера они просто треснули и разошлись, надулись. Стало видно, что колонна разрушается. Нас вызвали и все показали.

Данил Постаногов: Насколько оперативно сработали после вызова все ведомства?

Сергей Чириков: Все происходило достаточно быстро. Часам к 7 – 8 было принято решение об отключении, расселении.

Юрий Бобров: Они давали вам гарантийные письма о том, что дом не будут ломать?

Сергей Чириков: Да. Они обещали проводить работы без тяжелой техники. Что кран будет использоваться только тогда, когда трубу надо будет вынимать. А копать и прочее будут  вручную.

Данил Постаногов: Так и произошло?

Сергей Чириков: Да. Они копали вручную. Сняли асфальт, подняли плиты. Дальше стали копать вручную.

Данил Постаногов: Вы хотели согласовать именно отсутствие тяжелой техники или у вас были еще предложения?

Сергей Чириков: Как раз все и касалось того, что труба под домом проходит. Нужно было понять, как они себе это представляют. Хотелось понять план раскопок. Кто им разрешил.

Юрий Бобров: А вы сами знали, что труба под домом проходит?

Сергей Чириков: Для нас это было неожиданностью. Я не техник и не строитель.

Данил Постаногов: Вопрос как к жителю. Ремонт теплосетей нужен, он должен был пройти. В чем тогда претензия к ПСК с вашей стороны?

Сергей Чириков:  Мы выступали против пиратского ремонта. Он должен был пройти с планами, согласованиями.

Данил Постаногов: Вы сейчас выдвигаете одну из гипотез? Была нарушена технология производства работ?

Сергей Чириков: Как вариант, да.

Юрий Бобров: Вы говорили, что текла вода.

Сергей Чириков: Да. Мы думали, что это была вода из канализации. Приехали представители «Новогора», сказали, что нет. Когда вскрыли лоток – там уже была вода. Он по всем нормативам должен быть сухим. Вода текла 2-3 недели после раскопок. А до этого, сколько она текла - мы не знаем.

Юрий Бобров: То есть, она текла и даже под дом затекала?

Сергей Чириков: Лоток проходит через наш фундамент. Вода стекает в самое низкое место и там скапливается.

Юрий Бобров: Среди жителей обсуждается гипотеза, что именно вода и привела к таким последствиям.

Сергей Чириков: Да.

Юрий Бобров: В данной ситуации, когда коммунальный монополист хотел начать раскопки, а у жителей были опасения и сомнения, все ли инструменты были использованы, чтобы защититься? Был переговорный процесс, были гарантийные письма?

Наталья Ефремова: Мы писали жалобы во всевозможные инстанции о том, что ПСК, без согласия ТСЖ, собирается проводить такие работы. ПСК на это никак не реагировало. Они предоставили документы только через несколько дней этого противостояния. Между тем, ПСК была обязана согласовать свои действия. Дом находится в плохом состоянии, он требует капитального ремонта. Опасения были, они подтвердились.

Юрий Бобров: Как это должно было происходить? Они должны были обратиться в ТСЖ.

Наталья Ефремова: Да. Правление обсудило бы и решило, подходит этот план или нет.

Юрий Бобров: Я так понимаю, что гарантийные письма стали неким компромиссом. Что гарантировали?

Наталья Ефремова: Они гарантировали восстановление ландшафта после проведения работ. Не более того.

Юрий Бобров: Земля принадлежит ТСЖ, а под ней лежат трубы. Вроде и не дать раскопать нельзя.

Наталья Ефремова: Эти тепловые сети принадлежат ТГК-9, но заказчиком данных работ являлась ПСК, дочерняя фирма.

Юрий Бобров: Это же непорядок. Земля в собственности. Но нет сервитута.

Наталья Ефремова: Как раз с согласия собственников  все должно происходить, если у них нет сервитута.

Юрий Бобров: Что люди говорят?

Сергей Чириков: Волнуются. Понятно, они опасаются, потому что реально понимают, что сейчас там жить нельзя.

Юрий Бобров: Сейчас у нас на связи Константин Морсковатых - главный инженер Пермской сетевой компании.  Поясните, какое отношение к этим работам имеете вы?

Константин Морсковатых: Теплотрассы принадлежат ПСК. Мы эксплуатируем данные тепловые сети.

Юрий Бобров: работы начались еще 27 мая?

Константин Морсковатых: Мы получили ордер на работы 27 мая. Получили разрешение от районной администрации, согласовали со всеми организациями. Приступили к капитальному ремонту данной сети. При производстве работ мы столкнулись с тем, что часть земли принадлежит ТСЖ. По этой причине мы приостановили работы. До согласования с ТСЖ мы проводили работы до границы с их участком. Мы вскрывали канал и демонтировали трубы. После согласования с ТСЖ мы прошли тепловую сеть по существующей границе. Дом постройки где-то 1951 года, теплотрассы примерно с того же времени.  Сами понимаете, износ шел. Мы провели демонтаж, все заменили, сейчас уже идет обратная засыпка.

Юрий Бобров: Получается, что трубы лежали там с 1951 года?

Константин Морсковатых: Нет, трубы меняются раз в 25 лет. Это канал с 1951 года.

Данил Постаногов: Каким образом ваши работы могли навредить фундаменту дома, о чем сейчас говорят представители ТСЖ?

Константин Морсковатых: Трещины пошли по третьему подъезду, а работы мы проводили около пятого подъезда. Расстояние где-то 50 метров. Мы никак не могли повредить данный объект.

Данил Постаногов: Жители говорят о воде, которая текла под дом.

Константин Морсковатых: На той неделе была авария на водоканале. Была утечка. Она шла по каналу, уходила в нашу дренажную систему. Мы собирались с «Новогором». Они устранили утечку в среду – вторник. Соприкосновения канала с фундаментом дома нет. Наши работы гипотетически не могли повредить фундамент.

Данил Постаногов: То есть вода, которая текла, она не из сетей ПСК, а из сетей «Новогора»?

Константин Морсковатых: Да.

Данил Постаногов: Эти фекальные воды могли стать причиной разрушения колонны?

Константин Морсковатых: Нет. Потому что колонна разрушена в третьем подъезде, а мы работали около пятого. Как поясняют жильцы дома и 2 сотрудника полиции, которые рядом стоят, это перепланировка магазина, который находится на первом этаже. Они убрали несущие конструкции и поставили гипсокартон. Понятно, он начинает просаживаться, потому что не может нести такую нагрузку.

Данил Постаногов: Я так понимаю, они не заменили, а просто обшили колонну?

Константин Морсковатых: Я не специалист, но когда мы пообщались с людми и сотрудниками полиции, они сказали, что заменили.

Юрий Бобров: Если была перепланировка – это будет видно.

Константин Морсковатых:  Конечно. Если было протекание вод через канал в подвал – это тоже будет легко установить.  Спускаешься в подвал, идешь до того угла, где проникали воды, и смотришь. Но это угол пятого подъезда.

Данил Постаногов: Сейчас грозит еще какой-то ремонт этому дому с вашей стороны?

Константин Морсковатых: Нет. Это лет на 20.

Юрий Бобров: Работы были завершены как-то поспешно?

Константин Морсковатых: У нас все по графику.


Обсуждение
1576
0
В соответствии с требованиями российского законодательства, мы не публикуем комментарии, содержащие ненормативную лексику, даже в случае замены букв точками, тире и любыми иными символами. Недопустима публикация комментариев: содержащих оскорбления участников диалога или третьих лиц; разжигающих межнациональную, религиозную или иную рознь; призывающие к совершению противоправных действий; не имеющих отношения к публикации; содержащих информацию рекламного характера.